Вот, кстати, если кому интересно, более подробный отчёт о том, что с нами произошло в ТИКе:
http://whitecup.livejournal.com/144853.html
====================================================================================
Нападение на наблюдателей и журналистов в Железнодорожном в день выборов
Мы с Данилой (Елизавета Клепикова и Данила Сухарев) всё-таки решились пойти наблюдать за выборами. Так получилось, что попали мы в Голос и пошли от них корреспондентами. Нам выдали временное журналистское удостоверение, редакционное задание, блокнот с анкетами и всевозможные справочники. Надо сказать, что у представителя сми на выборах меньше прав, чем у наблюдателя. Представитель сми может осуществлять видео- и фотозапись, присутствовать, конечно, но писать жалобы, кроме как на то, что его не допускают или удаляют. Ещё представители сми могут присутствовать при подсчёте голосов и получить копию протокола. Мы должны были быть мобильными корреспондентами, то есть за день голосования посетить несколько участков.
Изначально мы собирались ехать в Подмосковье вместе с нашими товарищами, но за несколько дней планы расстроились, и мы поехали вдвоём в город Железнодорожный Московской области.
Накануне составили маршрутный лист с номерами участков и рано утром 4 марта отправились в путь.
Первым в нашем списке был участок 530. Но мы его не нашли и пошли на другой участок, можно сказать первый попавшийся, так как время поджимало.
Не буду подробно описывать, что было на первых двух участках 527 и 528. Скажу только, что там нас не ограничивали в перемещении по всему помещению УИК. Все были настроены достаточно доброжелательно. На первом участке было 8 наблюдателей, на втором ещё больше. Было много наблюдателей от путина и едра, были от миронова, зюганова, кпрф. Все наблюдатели вели себя пассивно. Некоторым наблюдателям на втором участке не было видно столов, где выдают бюллетени, но они отвечали, что всё прекрасно видят и всем довольны и что у них такой большой опыт, что они уже могут и так сказать, что всё нормально. Наблюдатели от кпрф-зюганова отмечали приходяших, что называается, по головам. Уже позже, в середине дня, наблюдатель от кпрф на первом участке сообщил Дане, что число проголосовавших по данным УИК больше, чем по их наблюдениям. Периодически комиссия сообщает количество проголосовавших наблюдателям.
На первый участок пришёл мужчина, проголосовал и обратился к наблюдателям. Я успела заснять этот эпизод на видео (оно есть на ю-тьюбе). Он сообщил, что является работником какого-то подмосковного предприятия. Его и его коллег руководство принуждает ходить по избирательным участкам и голосовать несколько раз.
В общем, после этих двух участков, мы выяснили у местных наблюдателей, где может находиться тот участок, который был у нас первым в маршрутном листе, участок 530 микрорайон Павлино города Железнодорожный Московской области (школа № 12).
Мы пришли на избирательный участок, представились председателю, Леонтьевой Ирине Ивановне, уведомили её, что мы будем проводить фото- и видеосъёмку. На участке было много наблюдателей и представитель сми (от Яблока).
На этом участке, как и на предыдущих, наблюдатели сидели за столами (в данном случае в углу). Им практически ничего не было видно. Я подошла к ним, спросила, как проходит голосование, ответили, что всё отлично, спросила, могут ли они свободно передвигаться по участку. Все ответили, что да, кроме одного наблюдателя, Ильдара Дадина (от Прохорова и Гражданина Наблюдателя), который сказал, что не совсем. Мы расспросили его, он рассказал, что сначала они сидели ещё хуже, почти в коридоре, и вообще не было ничего видно, с трудом уговорили переставить столы в другое "более удобное место". Я сказала ему, что по закону наблюдатели вообще-то имеют право свободно передвигаться, они ведь должны наблюдать за процессом. Ильдар очень переживал, что плохо подготовился и не знает, как писать жалобы, и что вообще предпринимать.
Кроме Ильдара, на участке был ещё один наблюдатель от Прохорова и Гражданина Наблюдателя, Антон Иващенко. Он также не был доволен тем, что происходит на участке. Антон был наблюдателем с правом совещательного голоса.
На этом участке не только наблюдателей ограничили в правах, но и нас, представителей СМИ. Председатель Леонтьева и сотрудники милиции постоянно отгоняли нас в угол, мотивируя это тем, что мы мешаем комиссии и избирателям.
Ещё на этом участке была женщина, которой, в отличие, от нас разрешалось подходить к столам, где выдавали бюллетени, она имела доступ во все кабинеты, при этом она не была ни членом избирательной комиссии, ни наблюдателем, ни сотрудником милиции и т.д. На бейджике у неё было написано "Рабочая группа". Как позднее нам пояснил представитель ТИК, Савкин Василий Иванович, который приехал на участок, что эта девушка бывший сотрудник милиции, юрист, что её пригласила председатель, для консультаций по юридическим вопросам.
На участке было три переносные урны, две из них лежали на сейфе, а третья стояла рядом с сейфом внизу.
Через некоторое время на участке появилась делегация из полиции. Во главе с полковником полиции Леоновым Дмитрием Викторовичем, который пытался объяснить мне, что я его не имею право снимать и ссылался при этом на какой-то приказ.
Председатель вместе с заместителем и секретарём закрылись в кабинете и стали составлять решение об удалении наблюдателей с участка. Они выдавали несколько решений, никак не могли составить грамотно. Наблюдатели просили указать статью закона, которую они нарушили, поэтому комиссия переписывала это решение раза три-четыре.
Через какое-то время, информация о вакханалии на 530 участке в Железнодорожном достаточно распространилась. Со мной связался глава штаба Прохорова, Антон Красовский, который в этой школе проучился полгода. Он попросил передать трубку председателю. Не знаю, что он ей говорил, но она ему отвечала, что она никого не удаляет, она только приняла решение.
Приезжал представитель ТИК, Савкин Василий Иванович, который пытался убедить нас, что председатель тут всё решает и что наблюдать за выдачей бюллетеней совсем не надо, ведь есть же веб-камеры. Ещё у него была прекрасная формулировка, что если эти двое наблюдателей будут видеть то, как выдают бюллетени, они тем самым нарушат права других наблюдателей, который этого не увидят. А ещё, по его словам, день выборов это праздник для избирателей, а не для нас.
Хочу ещё отметить, что все остальные наблюдатели (за исключение, наверное, только представителя сми от Яблока) пытались нас замирить и пристыдить. Говорили, что всё должно быть спокойно и по тихому.
Начали составлять решение об удалении прессы, то есть нас с Данилой. Одно на двоих. На наблюдателей тоже одно на двоих решение составили. Между прочим, Антона Иващенко, который был наблюдателем с правом совещательного голоса, по закону вообще не имели право удалить с участка. Наблюдателя с п.с.г. могут только отстранить от работы.
В общем, всё это продолжалось несколько часов.
К счастью, Даня сумел переписать часть видео и фото.
Меня выдворили из участка с милицией. И не просто с участка, а из здания школы. При этом чоповцы силой удерживали меня по приказу милиции, чтобы я не смогла пойти на соседний участок, который располагается в здании этой же школы. Милиционерша сходила на УИК, выяснять, могу ли я пройти на соседний участок. После этого меня отпустили. Наблюдатели тоже ушли, и мы решили ехать в ТИК, подавать жалобы. ТИК располагался в здании администрации города.
Мы приехали в ТИК, на проходной нас не пустили в здание. Сказали, чтобы мы писали жалобы прямо там, а они типа примут.
Наблюдатели стали писать жалобы, а мы стали думать, что можно сделать. Тут полицейские, которые сидели на вахте, стали закрывать окошко и жалюзи. Через минуту в здание вошли несколько ребят (оценить трудно, кажется, их было не меньше 6). Один из них положил руку на плечо Ильдару и сказал: "Пойдём побеседуем". И тут же их двоих схватили и начали выволакивать из здания. Мы с Даней, схватились друг за друга и опустились возле стены на пол. Нас тоже начали выволакивать. Меня хватали за волосы и тащили вперёд. Как только волосы обрывались и я падала вниз, меня хватали снова. Сломали мне очки. Мне было страшно, я думала, что нас покалечат как Бекетова или Кашина.
Мы кричали "Милиция! Помогите!". У нас отняли видеокамеру и фотоаппарат.
Возле ТИКа дежурил сотрудник ДПС. Он подошёл к нам. В это время Антона и Ильдара увели за угол здания. ДПСник не препятствовал этому, звонил кому-то по телефону и уговаривал вызвать наряд.
Мужик, который руководил нападением, стал говорить ДПСнику, что он никого не бил, что он из ТИКа. Говорил, что у него там куртка, ему холодно, он никуда не убежит. ДПСник зашёл вместе с ним в здание администрации. Но вышел оттуда один. Очевидно, что старшина нападавших объяснил всё ДПСнику или показал удостоверение. ДПСник пошёл на свой пост у дороги. Надо отметить, что этого человека я видела до нападения внутри здания администрации, за проходной.
Из прохожих только двое парней подошли к нам, узнать что происходит, они видели, как Антона и Ильдара посадили в серые жигули 12ой модели и увезли в неизвестном направлении.
Я была в шоке, я рыдала и ругалась. Так как я была в истерике, решения пришлось принимать Даниле одному. Он сказал, что мы должны уходить отсюда как можно скорее. Мы прошли мимо ДПСника, который спросил, почему мы ушли. Я обругала его, что он вообще не мужчина. Пусть это и сексизм, но это действительно так и есть. Мы пошли в сторону машины, но по противоположной стороне за нами шёл старшина нападавших, следил за нами. Мы пошли в противоположную сторону. Поймали машину, парень подвёз нас к шоссе, где мы уже поймали такси в Москву.
Я не могла никому дозвониться. Первому я дозвонилась Денису Бочкарёву, с которым мы поначалу планировали ехать вместе в Подмосковье. В истерике я рассказала ему о том, что случилось, и он был первым, кто сообщил о том, что нас избили.
Всю дорогу я рыдала, проклинала всех. Единственным моим желанием было доехать до Москвы, купить билет на самолёт и улететь подальше от этой страны. Пусть гниют в своём дерьме сами, если им так нравится. В конце-концов, мы связались с представителем Голоса и нам сказали ехать прямо к ним. Я очень переживала за ребят, которых похитили. Я думала, что их убьют. Потом я догадалась позвонить Антону. Он взял трубку, и сказал, что их выкинули в промзоне. Я предложила им ехать сразу же в Москву. У нас были их вещи, которые,собранные все в один рюкзак, стояли возле администрации города.
В Голосе мы дали пресс-конференцию, потом поехали ещё в пару мест.
Я готова давать интервью и комментарии всем журналистам, любым организациям. Мой телефон: 8 (916) ***-**-**
Я заинтересована в как можно более широком распространении информации. Буду благодарна за перепосты.
Эта спецоперация была спланирована на высоком уровне. Нападавшие являлись сотрудникам полиции или (что менее вероятно) ФСБ. Хоть они и были одеты в спортивные костюмы, у меня нет никаких сомнений, что это были именно они.
Я не обращаюсь к властям. Я обращаюсь к общественности, к людям, чистыми сердцем и с чистой совестью. Я хочу, чтобы как можно больше людей узнало об этом беспределе, который творит сама власть.
Надо добавить, что в Железнодорожном в день выборов было совершено ещё два нападения на наблюдателей возле здания администрации.
ПС: Ещё в УИКе к Ильдару подошёл полицейский, участковый, и сказал, что раз не хотите по хорошему, будет по плохому, за вами уже выехали.
ППС: Данила ещё опишет свои впечатления, этот пост только от меня.
