Diamond Age Russia Fund
Ежемесячное письмо инвесторам – апрель 2012
Драхмагеддон = Рубльгеддон?
В апреле Фонд потерял 3.62%. Примерно столько же потерял сравнительный показатель Фонда, Индекс MSCI развивающихся рынков Европы, который упал на 3.02%. Тем не менее, Фонд по-прежнему опережает и свой сравнительный показатель, и другие подходящие для сравнения индексы, такие, как Индекс MSCI России и Индекс РТС, начиная со дня «локального дна» рынка 25 ноября 2011 по конец апреля 2012. За этот период Фонд вырос на 20.11%, в то время как Индекс MSCI EME поднялся на 14.27%, Индекс РТС на 12.81%, а Индекс MSCI России на 12.32%.
В апрель Фонд вошел с плечом почти 82%, но хорошо помня уроки августа и сентября 2011, Фонд собирается уменьшить его до нуля в течение мая, и продолжить в дальнейшем плавать недалеко от берега. Драхмагеддон не обязательно означает Даймондэйджгеддон, и тем не менее, если и когда Европа и весь мир продолжат прокручивать в замедленном режиме свой «взрыв», показатели портфеля Фонда могут на некоторое время ухудшиться, поскольку его структура далека от идеальной для сценария «конца света».
Таким образом, Инвестиционный Консультант считает, что, на данный момент, плавать у берега – это разумная позиция. Вспомните – самые большие доходы делают на самых крупных скачках, при условии, что у вас есть кредитоспособный портфель, есть достаточно сухого пороха, и вы остались в бизнесе. Просто поднимите данные по дну рынка в марте 2009 и посмотрите доходность Фонда за весь 2009.
Может ли Россия противостоять негативным событиям в Европе? Это зависит от масштаба и продолжительности европейской и общемировой неразберихи. Неопределенность в их оценке затрудняет инвестиции по всему миру, не только в России. Однако Россия сама по себе может добиться многого для облегчения негативных последствий в случае краха, если он случится, и может удвоить оценки своих компаний, если не случится. Но, по всей видимости, Россия не принимает достаточных мер для этого… или не принимает практически никаких мер. Будем ли мы все приятно удивлены российскими политическими, экономическими и рыночными показателями? В сущности, многого не требуется – нужно лишь чуть лучше положение, чем то, что описано в статье Йена Прайда, основателя и председателя директоров Eurasia Strategy & Communications (
www.eurstrategy.com):
http://rbth.ru/articles/2012/04/26/medvedevs_address_nice_words_little_action_15408.html
Полный текст этой статьи (вместе с русским переводом в русскоязычной версии этого письма инвесторам) приведен в конце данного письма.
За информацией о текущей инвестиционной стратегии, структуре портфеля и инвестиционных перспективах, Инвестиционный Консультант рекомендует обратиться к письмам инвесторам за октябрь, ноябрь и декабрь 2011, а также за январь, февраль и март 2012. Даймонд Эйдж предложил новый подход в выпуске «Игра на повышение» за октябрь 2011. Фонд не изменил своего мнения и придерживается выбранного курса.
http://www.diamondage.ru/newsletter/Eng_DA_Oct_11.pdf
http://www.diamondage.ru/newsletter/Eng_DA_Nov_11.pdf
http://www.diamondage.ru/newsletter/Eng_DA_Dec_11.pdf
http://www.diamondage.ru/newsletter/Eng_DA_Jan_12.pdf
http://www.diamondage.ru/newsletter/Eng_DA_Feb_12.pdf
http://www.diamondage.ru/newsletter/Eng_DA_Mar_12.pdf
Послание Медведева Госсовету: красивые слова, мало действий
26 апреля 2012
Йен Прайд
Возможно, в своем последнем выступлении на Государственном Совете, Дмитрий Медведев объявил о далеко идущих планах на экономическое будущее России, но, как всегда, ключ лежит в их воплощении в жизнь.
24 апреля 2012 года уходящий Президент России Дмитрий Медведев обращался к Государственному Совету в Кремле почти в течение часа. После подведения «предварительных итогов нашей общей работы», которые Президент изложил в декабрьском Послании Федеральному Собранию», Медведев сказал, что он хотел бы изложить идеологию, лежащую в основе будущих планов развития России. Этой идеологией, по его словам, была свобода: «Несколько лет назад я высказал простую и, казалось бы, очевидную для всех мысль: свобода лучше, чем несвобода», начал Медведев, потом он повторил строку из своей инаугурационной речи как Президента в мае 2008 года: «считаю своей важнейшей задачей развитие гражданских и экономических свобод. Больше свободы для каждого – в этом была и остаётся моя цель».
Медведев признался, однако, что «бедность, экономическая отсталость, коррупция, низкая продолжительность жизни – главные враги нашей свободы.»
Но он также признал, что одних призывов к изменениям недостаточно. Как каждый знаток России знает, воплощение планов в жизнь в России исторически проблематично, и на этот раз не станет исключением. Президент фактически признал это, когда он подчеркнул, что Россия продолжает свою борьбу с коррупцией путем принятия различных законов и даже подписания международных антикоррупционных конвенций, но отметил, что прогресс незначительный – хотя, по его словам, «за коррупцию уже реально наказывают. Число осуждённых измеряется тысячами, десятками тысяч. Будут реализованы и дополнительные меры по борьбе с так называемой большой коррупцией, а также с бытовой коррупцией.» Но миллионы случаев проявления коррупции, которые имеют место, несомненно заставят многих продолжать думать, что риск стоит награды.
На экономическом фронте, он рассказал о некоторых проблемах, которые сдерживают развитие России. Список необходимых мер Президента включает в себя формирование благоприятного делового климата и конкурентной среды. В основе должны быть прозрачные, понятные и справедливые правила, приходящие на смену ручным методам государственного администрирования.
«Да, это, конечно, потребует изменения самого отношения государства, и общества в целом, к предпринимательству. Признаемся откровенно, оно у нас ещё до сих пор сложное. Но я хотел бы назвать пять принципов, которыми государство, с моей точки зрения, должно руководствоваться, при принятии экономических решений».
Президент затем упомянул то, что Путин должен был сказать в 2000 году: во-первых, «предпринимательская деятельность, предпринимательский талант должны рассматриваться, как важная общественная ценность – и никак иначе. Второе. Вмешательство государства в экономику должно быть минимально необходимым и прозрачным. Третье. Позиция правоохранительных органов должна быть беспристрастной по отношению к организациям любой формы собственности. Все они должны быть защищены в равной степени. Практика конкурентной борьбы с использованием административного и силового ресурса должна навсегда остаться в прошлом. Четвёртое. Регулирование должно быть конкурентоспособным на международном уровне. И пятое. В формировании правил игры должно участвовать всё заинтересованное общество».
Медведев признал, что самая большая проблема для предпринимателей и инвесторов – это «непредсказуемое вмешательство отдельных чиновников в экономическую деятельность, неправовые действия сотрудников правоохранительных органов, которые, как мы знаем, слишком часто забывают о том, что их долг – защищать права граждан, в том числе и предпринимателей».
Исходя из понимания этих проблем, необходимо работать по трём основным направлениям.
Во-первых, и дальше снижать степень вмешательства государства в экономику. Там, где это возможно, сказал Медведев, правительство должно принять и реализовать «дорожную карту» приватизации государственных компаний в среднесрочной перспективе. В то же время государственные компании должны будут прекратить поглощение частных компаний и приступить к реализации непрофильных активов.
Второе направление – это повышение предсказуемости и прозрачности государственного регулирования, контроля и надзора. Прежде всего это касается макроэкономического регулирования. Сейчас, к примеру, нет никакой необходимости повышать налоги. «Для выполнения всех заявленных программ есть иные способы и источники, прежде всего связанные с повышением эффективности бюджетных расходов», сказал Медведев.
Однако, остается неясным, как это будет работать. Президент справедливо отметил, что надо минимизировать объёмы обязательной отчётности, и, нападая на пресловутый бюрократизм в России, он подчеркнул одну из главных проблем страны:
«Какой нам смысл создавать эти тонны бумаг, если они просто пылятся на полках налоговых инспекций, мы же все это знаем? Это бессмысленная трата времени и денег. И время, и деньги можно применить с гораздо большей пользой». Режим сам создает проблемы, которые сейчас и душат страну.
В-третьих, Медведев призвал к реализации планов по созданию 25 миллионов новых высокопроизводительных рабочих мест в авиакосмической отрасли, судостроении, автомобилестроении, фармацевтике и сельском хозяйстве. И конечно, Россия также должна использовать свои «конкурентные преимущества в области информационных технологий, логистических схем и переработке природных ресурсов».
Многие россияне считают это несбыточной мечтой, учитывая спад стандартов образования в стране, от начальной школы вплоть до университетов, после советских времен и недавней неудачной реформы образования. И, конечно, Россия сталкивается с жесткой конкуренцией со стороны более технологически продвинутых стран Запада и Азии, а также быстрым ростом Китая и Индии.
Уходя от обычного высокомерия России, Медведев заявил, что «модернизация требует тесного партнёрства России с ведущими в технологическом отношении странами. Я не вижу ничего зазорного в том, чтобы перенимать у партнёров как экономические, так и политические навыки».
Но, как обычно, это заявление было сопровождено оговоркой: «Мы, конечно, готовы к более тесной интеграции с Европейским Союзом, с Азиатско-Тихоокеанским регионом, со странами БРИКС, с другими региональными объединениями, но для этого необходимы открытость и доверие со стороны наших партнёров. Односторонних шагов навстречу с нашей стороны здесь быть не может. Необходимо двунаправленное движение».
Это звучит разумно, но историческое отсутствие в России правового государства и история экспроприаций с 2000 года сдерживают бесчисленных международных инвесторов. А также способствовали международному недоверию к стране, после того, как крупные международные компании были изгнаны из ранее достигнутых договоренностей в пользу российских «национальных чемпионов», не говоря уже о деле ЮКОСа, которое просто отказывается исчезать с поля зрения международных СМИ и инвесторов.
Завершая своё выступление, Медведев обрисовал, в общих чертах, главные критерии, по которым должна оцениваться эффективность органов государственной власти. Некоторые из них касались социальных вопросов, таких, как цели по увеличению продолжительности жизни, а в других речь шла об экономике и бизнесе, прямо, либо косвенно.
«К 2018 году», сказал Президент, «в международных рейтингах комфортности ведения бизнеса Россия должна подняться с нынешнего, весьма непривлекательного 120-го, как минимум на 40-е место в мире – с перспективой вхождения в первую двадцатку не позднее 2020 года. Безработицу необходимо ограничить минимальным уровнем не более 5 процентов через несколько лет. Производительность труда (тяжёлый для нас вопрос, но крайне необходимый) надо повысить в полтора-два раза, что сделает российскую экономику конкурентоспособной в ключевых глобальных секторах. Казалось бы, такая вполне небольшая цель, но очень важная ¬– не менее пяти российских университетов должны войти в первую сотню основных мировых рейтингов. Это будет означать общий подъём нашего образования. Россия должна быть в первой десятке среди всех стран мира по уровню внедрения электронных технологий во всех сферах жизни общества. Я уверен, что мы это сделаем».
Но в завуалированном признании о технологической отсталости России, Медведев утверждал, что, если хотя бы 10 процентов из более чем 400 российских компаний, зарегистрированных под эгидой инновационного центра Сколково, достигнут успеха и успешных инноваций, Россия будет иметь возможность вернуться в ряд мировых лидеров в области технологий. Но опять же, воплощение в жизнь имеет ключевое значение.
Но, кроме принципов экономической политики, о которых объявил Медведев, он также дал понять, что политические изменения будут продолжаться – а это, несомненно, не только будет нагружать систему на полную мощность, но даже больше.
Итак, каковы же шансы увидеть реализацию всего, да и вообще всех этих решений, если, как ожидается, Медведев станет премьер-министром? Россия, безусловно, должна провести серьезные изменения, чтобы избежать вероятных, грядущих экономических проблем в ближайшие нескольких лет. Предположительно Медведев уточнил содержание своего Послания у Путина заранее.
Но самая большая ирония заключается в том, что, хотя «Официальная Россия» признает существование весомых проблем бюрократии и коррупции, она в значительной степени вызвала нынешние проблемы сама, своей собственной политикой с 2000 года.
Многое из того, что Медведев говорит, равнозначно изменению прежней политики. Но большинство российских и международных наблюдателей утверждает, и наверное, правильно, что Медведев стал хромой уткой, как только в прошлом году он и Путин объявили, что совершат «рокировку».
Итак, еще раз, реализация политики под новым президентом – Владимиром Путиным – будет ключевой. Многие эксперты, однако, утверждают, что Путин может жить с текущей ситуацией, так как он убежден, что она сохраняет жесткий контроль над бизнесом и обществом, а любое послабление может поставить под угрозу систему целиком.
И если новый режим Путина повторит схему первого, мы снова увидим могущественные кланы, которые будут бороться за власть и влияние, главным образом силовиков, имеющих слабое представление об экономике, и либералов, которые имеют, по крайней мере, некоторое понимание разумной финансовой политики, и при этом Путин выступит в качестве «честного брокера». Это, конечно, вряд ли является системой, построенной для реформ, несмотря на огромные проблемы, с которыми сталкивается Россия.
Ian Pryde является основателем и C.E.O. компании Евразийские стратегии и коммуникации в Москве.
