Get#1
Мой таджик Олимджон иногда подрабатывает на очень странном предприятии: там одновременно чинят и разбирают на запчасти полуразвалившиеся машины, складируют овощи и занимаются уборкой одного небольшого подмосковного городка. Со стороны это выглядит как небольшая грязная советская автобаза на которой собственно и работают выходцы из республик бывшего СССР. Владеют всем этим делом, само собой, армяне.
Вместе с Олимджоном там работает тракторист из Молдавии Иван. Он клинический алкоголик и непрерывно бухает. В промежутках между пьянством и сном он ездит на тракторе по городу. У Ивана уже нет прав на вождение трактора, он лишен их за пьянку на много лет, поэтому каждая встреча с ДПС обходится ему в двадцать пять тысяч рублей. “Хорошо, что нет прав,” - уверяет он, когда права были – требовали все пятьдесят...
Иван любит свою работу, кормит семью под Кишиневом и вообще неплохо зарабатывает – около четырех тысяч в день. Тракторист – это не жестянщик, трактористом быть почетно. К слову, ездит он не на ржавой “Беларуси”, а на чем-то японском, стоящем, по словам Олимджона, пару миллионов рублей. Эту цифру, я так понимаю, часто повторяют армяне, когда отчитывают Ивана, который трезвым ездить не может, потому что трезвым почти не бывает.
Сегодня выяснилось, что Иван – гей. Директор с армяской фамилией обнаружил, что на единственном компьютере базы Иван размещает объявления о знакомствах на сайте типа bbs.gay.ru и ведет там активную переписку. На поставленный прямо вопрос о его сексуальной ориентации, Иван дал положительный ответ, после чего немедленно выпил, сел за руль трактора и сгоряча рванул с места.
Кстати, таджики, насколько я понимаю, гораздо с большим пониманием относятся к гомосексуализму, нежели к алкоголизму. Ну, то есть в первом видят они странность, являющуюся частным делом, а во втором – конкретную болезнь и общественную проблему.
Вот такая подлинная история из современного Подмосковья.
Вместе с Олимджоном там работает тракторист из Молдавии Иван. Он клинический алкоголик и непрерывно бухает. В промежутках между пьянством и сном он ездит на тракторе по городу. У Ивана уже нет прав на вождение трактора, он лишен их за пьянку на много лет, поэтому каждая встреча с ДПС обходится ему в двадцать пять тысяч рублей. “Хорошо, что нет прав,” - уверяет он, когда права были – требовали все пятьдесят...
Иван любит свою работу, кормит семью под Кишиневом и вообще неплохо зарабатывает – около четырех тысяч в день. Тракторист – это не жестянщик, трактористом быть почетно. К слову, ездит он не на ржавой “Беларуси”, а на чем-то японском, стоящем, по словам Олимджона, пару миллионов рублей. Эту цифру, я так понимаю, часто повторяют армяне, когда отчитывают Ивана, который трезвым ездить не может, потому что трезвым почти не бывает.
Сегодня выяснилось, что Иван – гей. Директор с армяской фамилией обнаружил, что на единственном компьютере базы Иван размещает объявления о знакомствах на сайте типа bbs.gay.ru и ведет там активную переписку. На поставленный прямо вопрос о его сексуальной ориентации, Иван дал положительный ответ, после чего немедленно выпил, сел за руль трактора и сгоряча рванул с места.
Кстати, таджики, насколько я понимаю, гораздо с большим пониманием относятся к гомосексуализму, нежели к алкоголизму. Ну, то есть в первом видят они странность, являющуюся частным делом, а во втором – конкретную болезнь и общественную проблему.
Вот такая подлинная история из современного Подмосковья.